Контртеррористические нарративы: практики Казахстана

Контртеррористические нарративы: практики Казахстана

В стране используется многосторонний подход

д-р Ирина Черных, главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований

Набор нарративов и структура дискурса в Казахстане определяются двумя факторами:

  • местом Казахстана в современной системе международных отношений — Казахстан находится на периферии международных отношений и является малым государством, проводящим многовекторную политику;
  • Казахстан является слабым государством — здесь отсутствует единство дискурсивного пространства. Структура власти в странах Центральной Азии строится не по схеме «центр — периферия», а предполагает множественность центров, которые конкурируют между собой, чтобы сохранить и защитить свое доминантное положение. Каждая социальная группа — этническая, религиозная, группа влияния — выступающая как один из множества центров власти, стремится повысить собственную безопасность.

Периферийность Казахстана и слабость его государственности приводят к тому, что на присутствующие здесь нарративы «накладываются» нарративы, производимые великими и региональными державами. Поэтому многие идеи, играющие важное значение в Казахстане, в действительности производятся вне него, а казахстанские дискурсы их только репродуцируют.

Террористическая активность в Казахстане

Формирование контртеррористических нарративов в Казахстане определяется тем, что Казахстан рассматривается как стабильное государство, в котором не было серьезных, «резонансных» террористических акций глобальной или региональной значимости. На национальном уровне к настоящему моменту можно говорить только о нескольких событиях, террористический характер которых признается как правоохранительными, так и судебными органами:

  • серия насильственных акций в 2011 г. (неудавшиеся подрывы в городе Атырау 31 октября и действия террориста-смертника в городе Тараз 12 ноября, в результате которых погибло 7 человек);
  • ряд видеороликов «Солдат Халифата», размещенных в сети Интернет и содержащих требования изменить законодательство Казахстана, регулирующее религиозную деятельность в стране.

Казахские мусульмане молятся возле мечети в Алматы во время праздника Ид аль-Адха. Традиционные мечети помогают в борьбе с радикализацией в Казахстане.
AFP/GETTY IMAGES

Все эти события так или иначе привязаны к дискуссии относительно Закона «О религиозной деятельности и религиозных объединениях», принятого в 2011 г. и направленного на усиление государственного контроля за религиозной деятельностью в стране.

Кроме того, существуют «непубличные» действия, такие как финансирование террористической активности, призывы к свершению террористических актов, действия спецслужб по предотвращению террористических атак и т.д. Информация о такого рода действиях, как правило, не является резонансной и не формирует контртеррористические нарративы.

К террористической активности, связанной с Казахстаном, но выходящей за его пределы, относится также дискуссия относительно иностранных боевиков, участвующих в боевых действиях в сирийском конфликте (в основном на стороне так называемого «Исламского государства»). Тема иностранных боевиков казахстанского происхождения стала одной из ключевых в 2013 г., когда в интернете появилась фотография и видеоролик, изображавший 150 боевиков казахстанского происхождения, уехавших воевать в Сирию. Общая их численность оценивается в 250-400 человек. Хотя эти цифры не могут считаться значительными, боевики казахстанского происхождения активно используются в пропаганде ИГИЛ:

  • в видеороликах, размещаемых в интернет-пространстве, среди выходцев из Центральной Азии демонстрируются почти исключительно казахстанцы;
  • акцентируется наличие в ИГИЛ казахских женщин и детей для продвижения идеи, что «государство» включает несколько поколений и в состоянии подготовить новое поколение, впитавшее его ценности.

Тот факт, что значительное число казахстанцев перемещается в зону Сирийского конфликта семьями, может служить основанием для предположений, что они не намерены возвращаться в Казахстан и не связывают с ним свое будущее.

К настоящему времени в Казахстане сформированы две основные стратегии борьбы с насильственным экстремизмом и терроризмом:

  • использование силовых акций с целью физического уничтожения противника;
  • превентивное обеспечение невозможности полноценного функционирования террористических структур, главным образом, профилактическая работа с населением.

Принципиальная установка государственных органов в Казахстане состоит в убеждении, что в борьбе с терроризмом одни лишь силовые акции, не подкрепленные другими действиями, ничего не решают и даже могут привести к другим, более опасным последствиям, поскольку они не устраняют среды, порождающей террористическую активность. Эта установка формирует основания для перехода в контртеррористических нарративах от концепции «терроризм» к более широкому понятию «радикализация».

Радикализация в Казахстане

В настоящее время термин «радикализация» получил достаточно широкое распространение. Популярность концепции «радикализации» определяется ее объяснительной силой в отношении причин терроризма и факторов, обуславливающих террористическую активность. Начиная с 2004 г., и особенно 2005 г., после, соответственно, взрывов в Мадриде и Лондоне, термин «радикализация» стал центральным в исследованиях терроризма и политики борьбы с терроризмом.

В Казахстане относительно систематическое использование термина «радикализация» началось c 2011 г., когда в стране произошла целая серия акций насильственного характера, большинство из которых в общественном и экспертном мнении было интерпретировано как террористические. Так, 4 июля 2011 г. канал «Стан.тв» разместил ролик под названием «Казахстан: угроза радикализации ислама», посвященный нападению на полицейских в городе Актобе. 22 ноября 2012 г. в рамках Международной конференции по вопросам противодействия терроризму на религиозную радикализацию населения Казахстана указал первый заместитель Генерального прокурора Казахстана Иоган Меркель. К середине 2010-х гг. термин «радикализация» прочно вошел в политический, научный и публицистический словарь.

Сотрудники службы безопасности собрались на месте перестрелки в Боралдае (Казахстан) в декабре 2011 г., в результате которой погибли пять подозреваемых боевиков и два сотрудника службы безопасности. Серия террористических атак в этом году стала тревожным сигналом об опасности радикализации в Казахстане. [РЕЙТЕР]

На настоящий момент можно выделить две группы факторов радикализации населения в Казахстане: внутренние и внешние. К внутренним факторам могут быть отнесены:

  • вопросы идентичности и ее сохранения;
  • отчуждение и маргинализация (прежде всего среди молодежи);
  • социальное неравенство и отчаяние из-за отсутствия перспектив;
  • низкий уровень жизни отдельных слоев населения;
  • дискриминация и унижение, в сочетании с моральным негодованием и чувством мести;
  • низкая грамотность населения (прежде всего религиозная);
  • коррупция;
  • недовольство политической ситуацией.

Внешние факторы радикализации населения Казахстана представлены на двух уровнях:

  1. Глобальный, связанный с политикой и риторикой великих держав, а также с распространением идеологий глобальных экстремистских групп (таких как Аль-Каида или ИГИЛ).
  2. Региональный, связанный с ситуацией в соседних странах и возможностью «перетекания» радикальной идеологии из них в Казахстан:
  • фактор Афганистана — хотя мы не имеем общей границы, считается, что радикальные идеи из этой страны могут проникать в Казахстан;
  • нестабильность в соседних с Казахстаном странах — Таджикистане и Кыргызстане

Основным фактором, способствующим радикализации на международном уровне, является идеологическое воздействие со стороны заинтересованных внешних сил.

Контртеррористические нарративы

Основой формирования контртеррористических нарративов в Казахстане выступает соответствующая нормативно-правовая база, регулирующая антитеррористическую деятельность. Законодательство Казахстана по данному направлению является достаточно полным и его дальнейшее совершенствование может быть только точечным. Помимо этого, реализуется специальная Государственная программа противодействия религиозному экстремизму и терроризму на 2013-2017 гг., которая предусматривает систему мер по снижению условий для проявлений религиозного экстремизма и терроризма, а также постоянное совершенствование работы государственных органов.

В Казахстане можно выделить две группы институтов, формирующих контртеррористические нарративы:

  1. Светские (Ассамблея народа Казахстана, Агентство по делам религии, Антитеррористический центр КНБ, неправительственные организации, центры по изучению проблем религии, средняя и высшая школа, масс медиа).
  2. Религиозные (Духовное управление мусульман Казахстана, имамы, работающие на местах). Привлечение к формированию контртеррористических нарративов представителей других религиозных структур, например, Казахстанского митрополичьего округа Русской православной церкви, не осуществляется, поскольку в Казахстане общепринятой является установка о том, что экстремизм и терроризм носит исключительно исламский характер.

Ассамблея народа Казахстана (АНК)

АНК, совещательно-консультативный орган при Президенте Республики Казахстан, является одной из ключевых структур в области формирования и распространения идей духовного единства, укрепления и сохранения дружбы народов, межэтнического и межконфессионального согласия, стабильности в обществе. Собственно, контр-нарративы формируются в рамках Концепции укрепления и развития казахстанской идентичности и единства в 2015 г., основной смысл которых может быть представлен следующими примерами:

«фундамент казахстанской идентичности и единства — общенациональные ценности, основанные на культурном, этническом, языковом и религиозном многообразии»;

«казахстанская идентичность и единство — это непрерывный поколенческий процесс. Он базируется на том, что каждый гражданин, независимо от этнического происхождения, связывает свою судьбу и будущее с Казахстаном. Единое прошлое, совместное настоящее и общая ответственность за будущее связывают общество в одно целое: “У нас одно Отечество, одна Родина — Независимый Казахстан”».

Комитет по делам религий

Комитет по делам религий Министерства культуры и спорта Республики Казахстан формирует и реализует государственную политику в области обеспечения прав граждан на свободу вероисповедания и взаимодействия с религиозными объединениями, разрабатывает предложения по совершенствованию законодательства в соответствующей сфере, проводит соответствующую разъяснительную работу, осуществляет анализ развития религиозной ситуации в стране и проводит религиоведческую экспертизу.

Каналами проведения контртеррористических нарративов выступают информационно-разъяснительные группы, проводящие работу по обеспечению свободы религии и предотвращения радикализации населения, а также культурно-образовательный Интернет-ресурс «e-islam.kz» и телефонная «горячая линия» для консультации населения по вопросам, связанным с религией. Также эксперты в области религиоведения проводят мониторинг интернет ресурсов на предмет экстремистского содержания и добиваются их блокировки. По данным Комитета в 2015 г. было проанализировано более 7 тыс. сайтов и выявлено 177 экстремистских ресурсов, материалы по которым были направлены в суд.

Примерами контрнарративов, производимыми Комитетом по делам религий, могут служить высказывания его председателя Галыма Шойкина:

  • «… светскость — единственно правильный выбор, который изначально сделала наша страна, чтобы представители различных этносов и конфессий могли жить в мире и согласии»;
  • «… все религиозные объединения, обладая равными правами, имеют и равные обязанности и, вне зависимости от вероисповедания, несут равную ответственность за совершаемые ими правонарушения на основаниях и в порядке, установленных законом».

Духовное управление мусульман Казахстана (ДУМК)

Традиционный ислам в Казахстане представляет Духовное управление мусульман Казахстана (ДУМК). Являясь наследием советского прошлого, ДУМК сегодня имеет статус республиканского исламского религиозного объединения с филиальной сетью во всех регионах страны. Каналами проведения контртеррористических нарративов выступают:

  • развитие собственной системы теологического образования (в рамках 10 медресе и одного университета);
  • система аттестации и повышения квалификации имамского корпуса, включающая разъяснение особенностей законодательства в сфере религии, а также специфики профилактики распространения экстремистских идей (в 2015 г. переподготовку прошло 1 400 имамов);
  • республиканские и региональные информационные группы по работе с верующим населением;
  • публикация религиозной просветительской литературы (в 2015 г. — 41 наименование) и функционирование сайтов (www.muftyat.kz,
    www.muslim.kz).

Примером контр-нарративов могут служить высказывания главного муфтия Казахстана Ержан Хаджи Малгажулы:

  • «… мы не можем сказать, что религия отделена от государства, потому что государство состоит из общества, а общество немыслимо без религии. … религия отделена от политики. Вот, что следует уяснить. Религия не должна вмешиваться в политику. Нельзя использовать религию в качестве средства для достижения каких-либо политических целей»;
  • «Наши предки … имели только одну цель: цель сохранения нации».

Неправительственные организации

В Казахстане существует ряд НПО, фокусирующих свою деятельность на вопросах профилактики и противодействия насильственному экстремизму и терроризму и работающих с разными фокусными группами:

  • с осужденными за религиозный экстремизм и терроризм и отбывающими срок наказания в тюрьмах («Акниет»);
  • с верующими мусульманами (на уровне джамаатов, мечетей, семьей) («Шапагат», «Ансар», «Нурлы», «Билим»);
  • с молодежью («Гражданский альянс», «Ассоциация центров исследования религии»);
  • с жертвами насилия, женщинами («Центр помощи пострадавшим от деструктивных религиозных течений»).
  • Примером контрнарративов могут служить высказывания Юлии Денисенко, директора Ассоциации центров исследования религий:
  • «Нельзя записывать каждую женщину в хиджабе или мужчину с бородой в потенциальные террористы! Важно не то, что на голове, важно то, что в голове человека»;
  • «К джихаду не приходят, в него сбегают».

Средняя и высшая школа

Средняя и высшая школа является одним из наиболее важных институтов в сфере профилактики радикализации и насильственного экстремизма, а также продвижения контртеррористических нарративов. В этой связи в стране происходит изменение концепции религиоведческого образования, направленное на повышение религиозной грамотности населения. Так, обязательный курс для средней школы «Основы религиоведения» трансформируется в курс «Основы светскости и религиоведения». Среди учащихся средней и высшей школы проводятся систематические семинары по профилактике радикализации, просветительская работа по вопросам религии и формированию научных знаний и иммунитета к деструктивной религиозно-окрашенной идеологии, критического мышления. Сегодня в Казахстане наиболее актуальной проблемой является недостаток квалифицированных специалистов —религиоведов. Для решения этой проблемы реализуется государственный заказ на подготовку специалистов по вопросам религии (на 2014-2015 гг. по специальности «Религиоведение» было выделено 82 гранта; по специальности «Исламоведение» — 150, по специальности «Теология» — 15).

Средства массовой информации и социальные сети

Профессиональное сообщество журналистов разработало Кодекс этики освещения в СМИ актов терроризма и экстремизма. Общие правила: поддержка жертв терроризма, власти и правоохранительных органов по борьбе с терроризмом; безусловное осуждение действий террористов. Альянс блогеров Казахстана отслеживает случаи распространения экстремистской и террористической идеологии в социальных сетях, и соответствующие материалы направляют в суд с целью блокирования деструктивных Интернет-ресурсов. В Казахстане был также снят 3-х серийный документальный фильм о ситуации в Сирии, основанный на интервью с бывшими казахстанскими боевиками, воевавшими в зоне сирийского конфликта, и осужденными за эти противоправные действия. Фильм несколько раз демонстрировался по телевизионным казахстанским каналам и, по оценкам телезрителей и экспертов, имел серьезное эмоциональное воздействие на граждан страны.

Выводы

В основном разрабатываемые в Казахстане контртеррористические нарративы направлены на изменение модели поведения радикализировавшегося человека, а не на изменение его мышления. Являясь менее затратными, эти нарративы направлены на отчуждение радикализировавшихся и стимулирование имитации ими «нормального» поведения. С другой стороны, не существует мер, однозначно решающих вопрос радикализации. Радикализация человека, так и его дерадикализация — это индивидуальные, уникальные процессы, влияние на которые в каждом конкретном случае оказывают различные факторы. Таким образом, проактивные меры, направленные на изменение установок и убеждений людей, входящих в уязвимые группы и группы риска, и, соответственно, предотвращение радикализации, являются более эффективными в долгосрочном плане. В рамках реализации проактивного подхода, направленного на профилактику радикализации, наиболее важными представляются такие направления, как:

  • системное изучение ситуации и непрерывный мониторинг уровня радикализации, а также наиболее уязвимых групп населения (групп риска);
  • принятие мер по ассимиляции уязвимых групп (групп риска) в общество;
  • обеспечение более активного вовлечения женских организаций в профилактику радикализации и де-радикализацию.