Новый НАТО

Новый НАТО

Кризис на Украине заставил Североатлантический союз стратегически адаптироваться под новые угрозы

Времена, когда НАТО мог хвастаться особыми партнерскими отношениями, которые он установил с Россией после завершения холодной войны, прошли. Причина такого изменения заключается не только в таких тревожных для Североатлантического союза действиях, как присоединение Крыма и вторжения российских военных в Восточную Украину в начале 2014 г. Осенью 2014 г. новые провокации, происходившие практически каждую неделю, свели на нет желание НАТО улучшить отношения с Москвой.

Похищение сотрудника контрразведки Эстонии перешедшими границу российскими оперативниками, кибератаки на веб-сайты НАТО и стран Запада, агрессивные пролеты военных самолетов вблизи Нидерландов и проникновение подводной лодки в территориальные воды Швеции — все это было сигналом Североатлантическому союзу, что Россия приняла твердое решение взять на себя роль противника в европейских делах.

Саммит НАТО, прошедший в Уэльсе в сентябре 2014 г., предоставил членам Североатлантического союза своевременную возможность подтвердить свою приверженность защите Европы от потенциальных внешних угроз, которая ослабла после распада Советского Союза в 1991 году. После встреч руководители НАТО исполнились решимости создать более компактные, быстрые и сильные многонациональные силы для развертывания в случае кризиса.

NATO Secretary General visits Headquarters of Allied Command Operations (SHAPE)

Октябрь 2014 г. Верховный главнокомандующий ОВС НАТО в Европе генерал Филип Бридлав (слева) приветствует генерального секретаря НАТО Йенса Столтенбера в Верховном главнокомандовании ОВС НАТО в Европе в Бельгии. [НАТО]

«Не думаю, что нам когда-либо удастся обеспечить свободу и мир во всей Европе без России как партнера. Поэтому в течение последних 12 лет мы пытались сделать Россию партнером, — сказал верховный главнокомандующий ОВС НАТО в Европе генерал Филип М. Бридлав на Атлантическом совете в Вашингтоне в сентябре 2014 г. — Мы принимали решения о базировании, решения по структуре сил и экономические решения, основываясь на том факте, что Россия могла бы стать конструктивной частью будущего Европы. Теперь же мы столкнулись с совершенно другой ситуацией, которую должны разрешить».

Противостояние угрозам

Агрессивная стратегия, продемонстрированная Россией на Украине и названная руководителями НАТО «гибридной войной», заключается в манипулировании суррогатными протестными движениями, проникновении неизвестных войск, одетых в форму без опознавательных знаков, киберсбоях и, не в последнюю очередь, явной военной эскалации. В ответ страны НАТО достигли консенсуса о необходимости поддержать Статью V, закрепляющую обязанность членов НАТО защищать друг друга в случае нападения.

Генерал Бридлав описал трансформацию НАТО как дополнительный процесс, состоящий из трех частей, который призван убедить союзников, особенно располагающихся вдоль восточных и северных флангов НАТО, в их способности противостоять гибридной войне во всех ее проявлениях. Составные части процесса:

  • восстановление давно существующих сил реагирования НАТО в качестве «оперативных сил очень высокой боеготовности». В идеале, эти передовые силы должны быть способны обеспечить значительную мощь в течение всего 48 часов.
  • создание оперативных или тактических штабов в НАТО с целью обеспечения коллективной обороны. В соответствии со Статьей V такие штабы должны действовать круглосуточно в течение всего года.
  • укрепление передового базирования в пограничных странах с целью проведения военных учений, ротации боевых частей в местах дислокации и обеспечения командования и управления. В чрезвычайных ситуациях такие базы смогли бы принять оперативные силы очень высокой боеготовности.

Цена безопасности

Генерал Бридлав подчеркнул, что предлагаемые НАТО увеличение численности личного состава и повышение огневой мощи должны быть допустимыми по средствам и устойчивыми в течение не менее двух следующих десятилетий. Это желание задействовать долгосрочные финансовые ресурсы для гарантирования безопасности Европы было подтверждено недавно назначенным генеральным секретарем НАТО Йенсом Столтенбергом. В прошлом члены Североатлантического союза пришли к принципиальному согласию тратить на оборону не менее 2% валового внутреннего продукта, но лишь некоторые из них сдержали это обещание в трудные финансовые времена.

«Все главы государств и правительств решили, что теперь пришло время хотя бы прекратить сокращение расходов на оборону и постепенно начать повышать их в течение следующего десятилетия, — сказал в октябре 2014 г. Столтенберг, занимавший до недавнего времени пост премьер-министра Норвегии. — Мы видели, как НАТО сокращал расходы на оборону в последние годы, в то время как другие страны вокруг нас…значительно увеличили их. Поэтому пришло время изменить эту тенденцию в обратную сторону».

Некоторые страны не стали ждать коллективных действий, чтобы модернизировать свои вооруженные силы. Например, в октябре 2014 г. Литва приняла решение разместить 2 500 военнослужащих в постоянной повышенной боевой готовности с целью обеспечения защиты на случай войны с применением нетрадиционных методов, подобной той, что возникла на Украине, сообщает Агентство Франс-Пресс.

NATO training mission in the Baltic Sea

Польский матрос поднимает флаг на тральщике во время учений BALTOPS 2014 в Балтийском море, в котором приняли участие 30 кораблей и 52 самолета из 14 стран. НАТО возобновил морскую группировку в апреле 2014 г., чтобы повысить коллективную обороноспособность в ответ на украинский кризис. [EPA]

Как бы в подтверждение опасений страны в отношении гибридной войны, Россия одновременно с этим решением запустила новую медийно-информационную кампанию с целью повлиять на русскоязычных жителей Литвы, Латвии и Эстонии. Многие руководители стран Балтии рассматривают эту кампанию как уловку, призванную всколыхнуть недовольство среди этнических русских меньшинств в этих странах.

«Мы должны немедленно повысить боеготовность для ведения незапланированных военных действий в мирное время», — отметил в своей статье для Агентства Франс-Пресс генерал-лейтенант Йонас Витаутас Зукас.

Даже неприсоединившиеся страны, например Швеция, ставят под сомнение разумность истощения оборонных бюджетов в свете недавних провокаций, среди которых имитация ВВС России захода на бомбометание в направлении Стокгольма.

«Такие инциденты углубляют чувство незащищенности не только в Швеции, но и в остальных странах Балтийского региона», — сказала в октябре 2014 г. заместитель директора шведского Института международных отношений Анна Висландер агентству Рейтер.

Глядя в будущее

Руководители указали на то, что переформулирование роли НАТО представляет собой стратегическую адаптацию к изменяющимся обстоятельствам. И хотя новые силы быстрого реагирования останутся «ненаступательными», они будут строиться на беспрецедентной оперативной совместимости, выкованной в ходе продолжительной миссии в Афганистане.

Кроме того, распространение центров изучения передового опыта Североатлантического союза, включая центры, специализирующиеся на защите киберпространства и диверсификации поставок энергоносителей, гарантирует союзникам, что ни одна нетрадиционная угроза безопасности не будет проигнорирована.

Также поддерживаются конструктивные партнерские отношения, часто включающие в себя совместные военные учения и участие в операциях по поддержанию мира, с такими странами, не являющимися членами НАТО, как Грузия и Сербия.

В конце 2014 г. Бридлав сказал: «По моему мнению, самые большие в истории человечества изменения в НАТО наступят в течение следующего года или двух следующих лет, и они заложат фундамент возможностей нашего Союза на следующие несколько десятилетий».