Экономическое манипулирование Китая

Экономическое манипулирование Китая

Инвестиции Пекина — рычаги влияния

Фрэнк Моуриц, научный сотрудник Центра им. Маршалла и Адела Шелепова, аспирантка Университета им. Чарльза 

Kитай представляет собой образец успешного экономического развития. Ежегодный прирост валового внутреннего продукта (ВВП) в стране с 90-х гг. постоянно превышал 8% вплоть до 2010-х гг., и по оценкам, в 2019 г. этот показатель хоть и несколько снизился, но все равно превысил 6%. Этот устойчивый экономический бум привел к исторически беспрецедентному росту богатства и уровня жизни. В начале 80-х гг. более половины населения Китая жило за чертой бедности. Сегодня же китайцы стоят на первом месте в мире по покупкам предметов роскоши. Экономические успехи Китая вызывают восхищение и детально изучаются во всем мире.

Все большее число стран поддаются искушению перенять экономический подход Пекина и заменить модель свободного рынка на управляемый государством капитализм. Особенно привлекательна эта модель для развивающихся стран, у которых пример Китая порождает надежды на то, что и они тоже смогут догнать развитые страны. Даже некоторые европейские страны обращают взоры к Пекину в поисках экономических ориентиров. Вашингтонский консенсус экономических реформ скоро может быть заменен на Пекинский консенсус. Как следствие этого, не удивительно, что страны по всему миру активно добиваются сотрудничества с Китаем с тем, чтобы получать выгоды от экономического взлета Китая и стать частью экономического чуда.

Для Китая же этот климат означает возможность использовать экономические средства для повышения своего глобального политического влияния. В зависимости от экономической ситуации конкретной страны, Китай использует различные формы экономического маневрирования, приспосабливаясь под специфические экономические потребности каждой страны. В широком плане, развитые экономики в основном заинтересованы в торговом сотрудничестве между местными и китайскими компаниями; экономики средней категории в основном хотят привлечь китайские инвестиции для развития местных бизнесов; а развивающиеся и совсем молодые государства, как правило, хотят получить китайские займы для финансирования своих проектов развития.

Александр Вучич, справа, бывший в то время премьер-министром Сербии, и чешский президент Милош Земан – два европейских лидера наиболее благосклонно относящиеся к присутствию Китая в их национальных экономиках – на Форуме за международное сотрудничество в проекте «Один пояс – один путь» в пригороде Пекина. GETTY IMAGES

В Европе китайская модель экономического развития вызывает неоднозначную реакцию. В странах с развитой экономикой, таких как Франция и Германия, тесное экономическое сотрудничество с Китаем стало подвергаться критике после того, как китайские государственные компании стали скупать большие доли акций в ключевых экономических секторах этих стран.

Многие страны со средним экономическим потенциалом, тем не менее, приветствовали Китай с распростертыми объятиями. Возьмем, например, Чешскую Республику: президент Милош Земан надеется, что его страна станет «непотопляемым авианосцем инвестиционного наступления Китая» и обещал привлечение китайских инвестиций к концу 2020 г. на сумму в 8,3 млрд. евро. Когда китайский конгломерат CEFC China Energy в 2015 инвестировал 1 млрд. долл. в финансовую компанию, авиакомпанию, медийное издание и старейший чешский футбольный клуб «Славия Прага», то Земан в знак благодарности назначил исполнительного директора CEFC Йе Жиньминя своим специальным экономическим советником. В этой роли Йе Жиньминь был в составе официальной чешской делегации во время государственного визита Земана в Китай. Включение иностранца в состав делегации, прибывшей с государственным визитом в страну, гражданином которой является этот иностранец, не только было беспрецедентным для Чешской Республики, но и вызвало раздражение у китайских дипломатов. В настоящее время Йе Жиньминь находится под стражей в Китае по обвинению в экономических преступлениях, а скупленные CEFC акции иностранных компаний перешли к китайской государственной компании CITIC, чтобы минимизировать ущерб для репутации страны. В результате китайские инвестиции упали до 90 млн. евро в 2019 г., что поставило Китай лишь на 20-е место среди крупнейших иностранных инвесторов в Чешской Республике.

Несмотря на неудачный опыт экономического сотрудничества с Китаем, Земан не оставил надежды на тесное экономическое сотрудничество с этой страной и настойчиво отвергает более жесткие правила ЕС, относящиеся к предварительной проверке иностранных инвесторов. Он один из очень немногих европейских государственных деятелей, которые открыто стали на сторону Huawei в идущих в ЕС дебатах относительно того, насколько безопасно использовать оборудование Huawei в национальных сетях 5G. Земан неоднократно заявлял, что обвинения Huawei в шпионаже и обеспокоенность относительно того, что компания будет заниматься этой длительностью и в будущем, голословны и называл идущие политические дебаты на этот счет несправедливыми нападками, чем вызывал разочарование и несогласие у служб безопасности страны.

Желание стран, таких как Чешская Республика, привлечь китайские инвестиции и займы может использоваться Пекином в качестве инструмента внешней политики. «Один пояс – один путь» (ОПОП), или как теперь ее называют китайцы, Инициатива пояса и дорог, является глобальной стратегией Китая по развитию инфраструктуры и инвестиций и представляется логическим шагом в использовании сегодняшней привлекательности Китая в мире. Страны хотят участвовать в ОПОП, чтобы стать экономическими партнерами Китая и получить доступ к китайским займам для инфраструктурных проектов, даже если экономическая целесообразность этих проектов сомнительна. Выгода Китая в том, что будут построены новые автомобильные и железные дороги, порты и трубопроводы, позволяющие более эффективно соединять его экономику с остальным миром. Китай рассчитывает, что ОПОП повысит его репутацию в мировой системе ценностей и расширит его экспортные рынки. Еще одна выгода состоит в том, что китайские строительные компании обычно получают подряды на строительство инфраструктурных объектов. Таким образом, ОПОП также является и проектом, стимулирующим строительный сектор Китая как раз в то время, когда инфраструктурное развитие в самом Китае подходит к своему пределу и замедляется.

Микроавтобус проезжает по первому участку шоссе, соединяющему порт Бар в Черногории с Сербией. Дорогу строит китайская компания China Road and Bridge Corp. GETTY IMAGES

Наиболее крупный китайский заем под инфраструктурный проект в Европе был предоставлен Черногории на строительство скоростного шоссе Бар-Подгорица-Белград. Шоссе будет соединять Бар, основной морской порт Черногории, со столицей страны Подгорицей и протянется до границы с Сербией. В Черногории в настоящее время отсутствуют скоростные шоссе, и руководство страны надеется, что эта новая дорога повысит возможность связи между отдельными пунктами страны, а также и остальной Европы, став частью европейской сети шоссейных дорог. На сегодняшний день Китай предоставил займы на 1,3 млрд. евро; причем 85% этой суммы выплатил государственный Экспортно-импортный банк Китая. Это огромная сумма для Черногории, страны, весь ВВП которой в 2018 г. составлял примерно 4,6 млрд. евро.

Подряд на строительство дороги был отдан компании China Road and Bridge Corp. (CRBC) без проведения открытого тендера и в такой спешке, что в договоре о подряде очень много недоработок, например, не были предусмотрены дополнительные короткие полосы, позволяющие въезжающим с примыкающих дорог автомобилям безопасно влиться в поток движения на скоростном шоссе. Контракт освобождает CRBC от налогов на добавленную стоимость и таможенных пошлин в Черногории, и поскольку большинство рабочих прибыли из Китая, то местная экономика выиграла очень мало. Государственный долг вырос с 63% от ВВП в 2012 г. до 80% в 2019 г. в основном из-за проекта строительства шоссе. Первые 41 км дороги уже построен, но строительство следующих 80 км пока под вопросом, поскольку Черногория сталкивается с проблемами перефинансирования долга, несмотря на смещение в сторону модели партнерства общественного и частного сектора, что, возможно, приведет к тому, что построенная дорога станет платной.

Управляющий директор китайской компании COSCO Фу Ченг Киу во время пресс-конференции в греческом порту Пирей. COSCO владеет большинством акций этого крупнейшего порта Греции. РЕЙТЕР

Американский «мозговой трест» Центр мирового развития предупреждает, что Черногория столкнулась с опасностью попасть в долговую петлю из-за возможной финансовой ситуации, связанной с проектом ОПОП. Этот риск будет особенно высок, если новое шоссе не принесет желаемый экономический эффект. Сербия задерживает строительство участка дороги от Белграда до границы с Черногорией, порождая опасения, что это просто окажется дорога в никуда. Даже если Сербия и построит свой участок дороги, все равно сомнительно, что движение по этой дороге оправдает затраты на ее строительство. Черногория дважды предприняла попытки получить финансирование от Европейского инвестиционного банка, и оба раза неудачно, поскольку изучения целесообразности, проведенные международными консалтинговыми компаниями в 2006 г. и в 2012 г., сделали заключения об экономической несостоятельности проекта. В худшем случае Черногория окажется с огромным долгом перед Китаем, и не сможет поднять свой ВВП настолько, чтобы быть в состоянии выплатить эти займы. Контракт защищает Китай от дефолта по займу, давая ему право претендовать на территорию в качестве залогового обеспечения. В контракте также оговорено, что любое урегулирование споров будет проходить в Китае. Однако, даже большую ценность для Китая может представлять получение политического влияния. Черногория — член НАТО и кандидат на членство в ЕС. Политический союзник и плацдарм на юго-восточном фланге Европы может быть Китаю полезным. Некоторые воинственно настроенные комментаторы даже выражают тревогу по поводу того, что Китай может потребовать доступа для своих торговых и военных судов к портам Черногории в качестве альтернативной формы оплаты долга.

А если взглянуть более широким взглядом, то можно прийти к выводу о том, что, хотя Черногория очень маленькая страна и не имеет большого веса в политическом смысле, она может служить отправной точкой для возросшего китайского влияния на Балканах и в Восточной Европе. Китай начал диалог с 17 странами Восточной и Юго-Восточной Европы, выразившими желание участвовать в проекте ОПОП. В числе стран т.н. инициативы Сотрудничества между Китаем и странами Центральной и Восточной Европы (Китай — СЦВЕ), или 17+1, есть страны Западных Балкан, такие как Черногория и Сербия, но также есть и 11 членов ЕС, включая Чешскую Республику. И хотя еще рано говорить о том, будет ли Китай – СЦВЕ успешным форматом или нет, в нем содержится возможность того, что соревнование великих держав в этой части мира может оказаться в пользу Китая. Перед балканскими странами особенно остро стоит выбор между сближением с Европой и США и более глубоким сотрудничеством с Китаем. В какой-то степени такая позиция понятна, поскольку в полной интеграции в политические структуры Запада этим странам пока отказано, а Китай представляется очень привлекательным альтернативным партнером из-за своей динамичной экономики.

Однако, как показывает опыт Чешской Республики, даже страны-члены ЕС, имеющие доступ к финансированию проектов развития через Европейские структурные и инвестиционные фонды, не защищены от китайского влияния. Греция стала последней в списке стран-членов ЕС, присоединившихся к проекту Китай – СЦВЕ (в апреле 2019 г.), что расширило эту инициативу от формата 16+1 до формата 17+1. Бывшее правительство левого толка Алексиса Ципраса было очень положительно настроено по отношению к Китаю. С 2014 г. Греция и Китай подписали несколько соглашений о сотрудничестве и коммерческих контрактов на общую сумму в 4 млрд. долл. Наиболее важным китайским приобретением стал порт Пирей. Государственная компания China Overseas Shipping Group Co. (COSCO) начала инвестировать в инфраструктуру гавани еще в 2008 г., когда у порта Пирей была пропускная способность всего 430 тыс. контейнеров в год. COSCO вложила сотни миллионов долларов и повысила пропускную способность порта до 4 млн. контейнеров в год. С 2017 г. у COSCO 67% акций Управления порта Пирей; она также получила концессию на 40 лет на управление коммерческой частью гавани. Китай хочет использовать порт в качестве транзитного узла для «Морского Шелкового пути» и ворот в Южную Европу. Помимо стратегической важности инвестиций Китай также зарабатывает и политические дивиденды от своей бизнес-деятельности в Греции. Греция заблокировала критику со стороны ЕС положения с правами человека в Китае на заседании Совета ООН по правам человека, а также вмешалась, когда ЕС хотел осудить притязания Китая на территории в Южно-Китайском море после того, как Постоянный арбитражный суд вынес решение в пользу Филиппин. Посмотрим, изменит ли курс консервативное правительство Кириакоса Мицотакиса, пришедшее к власти в июле 2019 г. Традиционно консервативная партия Nea Dimokratika выступает за тесные связи с Западом, однако высокая степень экономической зависимости от Китая делает нереалистичным перемену курса в ближайшем будущем.

Греческий порт Пирей недалеко от Афин является основным терминалом, через который китайские товары поступают в Европу. РЕЙТЕР

Черногория и Греция – две страны из небольшой группы европейских стран, участвующих в проекте ОПОП, в которых Китай уже действительно реализует крупномасштабные проекты. Большинство других стран все еще ожидают начала работ над запланированными или обещанными проектами. Просто поразительно, насколько страны стремятся присоединиться к формату 17+1, когда еще до сегодняшнего времени эта инициатива в основном основывается на обещаниях, а экономическая целесообразность предполагаемых проектов вызывает сомнения. Строительство скоростной железной дороги из Будапешта через Белград до Пирея отстает от графика уже на несколько лет, и в соответствии с оценками, проведенными венгерскими специалистами, потребуется как минимум 130 лет, прежде чем вложенные инвестиции начнут окупаться. Однако, обещаний и завышенных ожиданий сейчас достаточно, чтобы сблизить многие европейские страны с Китаем и пересмотреть некоторые аспекты своей политической лояльности.

Это положение дел, однако, может измениться, если Китай и дальше не будет выполнять свои инвестиционные обязательства. За последние два года объемы инвестиционных займов в странах формата 17+1 снизились. Китай понизил уровень зарубежного сотрудничества, поскольку уже инвестировал огромные средства в проекты ОПОП по всему миру, а также и потому, что замедленный рост экономики у себя в стране сократил уровень доходов. Некоторые аналитики видят в сокращении иностранных инвестиций признак начала «усталости от Китая». Вполне возможно, что эпидемия COVID-19 только усугубит эту тенденцию. По китайской экономике внутри страны был нанесен тяжелый удар, и, скорее всего, быстро от него она не оправится. Таким образом, какое-то время основное внимание Китая будет сосредоточено на положении внутри страны и будет меньше денег тратиться за границей.

В то же время, эпидемия COVID-19 открывает возможности более интенсивных отношений с европейскими странами, нуждающимися в медицинском оборудовании и экспертах. Италия, Испания и другие европейские страны благодарны Китаю за поставки масок и респираторов, особенно когда механизм распределения ресурсов внутри ЕС не сработал. В результате это может привести к значительному росту имиджа Пекина среди населения стран-членов ЕС, укрепив таким образом «мягкую силу» Китая. Самолет с китайскими медицинскими товарами для Чешской Республики в аэропорту встречала половина членов правительства страны, и сообщалось, что некоторые из них готовы были расплакаться. Это можно считать отличными примерами китайской внутренней и внешней пропаганды. Земан попробовал приписать себе заслугу этой доставки медицинских товаров, утверждая, что они прибыли только благодаря его хорошим отношениям с Китаем. При этом он не упомянул, однако, что за доставленные товары от должен был заплатить по цене, выше рыночной. Возможно, это и не имеет значения, поскольку сейчас бытует представление, что эти медицинские поставки были добровольным пожертвованием со стороны Китая.

Китай стремится позиционировать себя как благодетеля в сфере общественного здравоохранения и в роли образца для подражания в борьбе против вируса, что может способствовать завоеванию им определенных плюсов в международном соревновании великих держав. Когда в ЕС стали подходить к концу запасы медицинского защитного оборудования, и когда ЕС приостановил свой экспорт, то Сербия, кандидат на членство в Евросоюзе, объявила о том, что европейская солидарность умерла, и обратилась к Китаю за помощью. Этот инцидент может стать поворотным пунктом в международной ориентации Сербии. Разочарованная очень медленным процессом принятия ее в члены ЕС, Сербия уже интенсифицировала экономические отношения с Китаем и приобрела у Китая боевые беспилотники. Другие страны также могут обратиться к Китаю «за спасением», и похоже, что Китай готов оказать им помощь.

Совместный китайско-белорусский индустриальный парк «Великий камень» представляет собой специальную экономическую зону, хвалебно называемую Китаем образцовым проектом инфраструктурной программы «Один пояс – один путь». GETTY IMAGES

У Китая хорошая репутация в том, что касается финансовой помощи в развитии здравоохранения в Азии и в Африке, где он оказал поддержку развитию медицинских инфраструктурных проектов. Когда в Западной Африке разразилась эпидемия Эболы, Китай послал туда 1 тыс. 200 рабочих, военных и врачей. Столкнувшись с глобальной пандемией COVID-19, концепция «Шелкового пути здоровья», являющаяся частью ОПОП с 2017 г., может набрать обороты и способствовать более благосклонному отношению к глобальной экономической экспансии Китая в период растущей критики в отношении его «дипломатии долговой западни». Если пандемия, начавшаяся в Китае и распространившаяся по миру частично из-за того, что Китай изначально пытался скрыть факт массовых заражений, в конечном итоге приведет к повышению статуса Китая в мире, то это можно будет назвать иронией судьбы.

Технологии – еще одна сфера, в которой конкурируют США и Китай. Технологические достижения Китая превратились в источник дипломатического влияния. Его ведущие компании-разработчики — Tencent, Baidu, Alibaba and Huawei – уже конкурируют с американскими компаниями и в некоторых аспектах даже обогнали их. В Европе и США у них пока нет доминирующего присутствия, но оно быстро растет в других регионах мира. Китайская продукция в сфере информационных технологий (ИТ), такая как дешевые смартфоны, особенно популярна в Африке и на Индийском субконтиненте. Tencent и Alibaba являются соответственно шестой и седьмой крупнейшими корпорациями в мире по показателю рыночной капитализации. Lenovo стала ведущим производителем стационарных компьютеров и ноутбуков с долей на мировом рынке в 24%, вытеснив на второе место американского продавца ноутбуков Hewlett Packard (HP), у которого 22%. По мере того, как все больше людей в мире будут использовать китайское программное обеспечение и аппаратное оборудование, восприятие надписи: «Сделано в Китае» относительно к качеству продукции начнет меняться.

Технологическое лидерство может быть для страны способом продвижения на рынки и формирования отношения к себе. Например, Huawei считается конкурентом в области технологий 5G и предлагает продукцию по более низким ценам. Оборудование Huawei очень популярно у европейских телекоммуникационных компаний и уже широко используется в сетях 4G. Уже 47 европейских телекоммуникационных провайдеров подписали с Huawei контракты на оказание помощи в создании их сетей 5G, несмотря на интенсивные дебаты относительно информационной безопасности и шпионажа. Компания Huawei стала настолько популярной, что европейские телекоммуникационные провайдеры даже пытаются убедить политиков не исключать ее из национальных сетей 5G. Популярность Huawei даже еще более поразительна, если учесть, что она соревнуется с европейскими конкурентами Ericsson и Nokia. Ericsson была первой компанией, запустившей 5G на четырех континентах и подписала 79 контрактов в странах по всему миру на создание там сетей 5G. Сейчас в сфере ИТ-продукции штамп «Сделано в Китае» может звучать более привлекательно, чем «Сделано в Европе».

Вопрос создания сетей 5G стал настолько политизирован, что США сочли необходимым вмешаться и предупредить своих европейских союзников о том, что Соединенные Штаты пересмотрят свое сотрудничество в сфере безопасности со странами, которые в своих сетях будут использовать оборудование Huawei. Это сделало сети 5G, по сути, предметом соперничества великих держав, в котором европейские страны должны будут выбирать между США и Китаем. Примечательно, что большинство стран сделало выбор в пользу Китая, а не США. Китай успешно использовал экономическую зависимость стран ЕС в качестве болевой точки для получения нужных ему политических решений. Страны, рассматривавшие исключение Huawei со своих рынков, столкнулись с угрозами Китая в отношении европейских компаний, экспортирующих свою продукцию в Китай, и компаний, которые активно ведут в Китае свой бизнес. Страны, такие как Великобритания, поменявшие свое первоначальное решение и в конце концов отказавшиеся от использования оборудования Huawei в своих сетях 5G, сделали это после напряженных внутренних дебатов и после того как США наложили санкции на эту компанию, что может отрицательно повлиять на технологический уровень и степень безопасности ее продукции.

В своем выборе экономических и политических партнеров Европе все больше приходится разрываться между США и Китаем. Правительства европейских стран хотят знать, является ли китайская экономическая модель более эффективной, является ли Китай более обещающим экономическим партнером, является ли Китай более выгодным инвестором, предлагает ли Китай лучшие технологии и, после начала пандемии COVID-19, у какой страны больше возможностей найти выход из глобального кризиса. Трансатлантические отношения остаются прочными как в экономическом, так и в политическом аспектах. США остаются наиболее важным торговым партнером почти для всех европейских стран и самым надежным гарантом дальнейшего существования либерального международного порядка. Однако, больше уже нельзя принимать преобладание трансатлантического сотрудничества над экономической привлекательностью Китая как нечто само собой разумеющееся.

Китай с радостью заполнит любой вакуум, созданный отмежеванием США от европейских дел, и уже начал обаятельное наступление на Европу с целью склонить ее внешнюю политику в свою пользу. Промежуточная цель состоит в том, чтобы снизить уровень критики в отношении авторитарной политической системы Китая, нарушения прав человека и ужесточающейся внешней политики. В долгосрочной перспективе Китай надеется, что Европа станет более открыта к восприятию политических идей и взглядов Китая на глобальный миропорядок. Конечная же цель, похоже, состоит в том, чтобы отделить Европу от США и предложить ей альтернативное партнерство.

Со своей стороны, Европа не должна поддаваться искушению получения китайских денег, а вместо этого сформировать единый трансатлантический лагерь с США в контексте соревнования великих держав с Китаем. Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство могло бы предложить обеим сторонам отличные возможности укрепить трансатлантическое сотрудничество и установить общемировые стандарты в сферах торговли и государственного управления, которые затруднят использование Китаем экономического манипулирования в качестве инструмента силы.