Сила «доверенных  лиц»

Сила «доверенных лиц»

Российские частные военные компании и службы безопасности бросают вызов

Джеймс Уитер, преподаватель Центра им. Маршалла  |  Фотографии Аccoшиэйteд Пpecc

Cразу после окончания периода холодной войны была надежда на то, что великие державы смогут сотрудничать с целью стабилизации пострадавших от конфликтов стран и способствовать мирному развитию в глобальном масштабе. Однако, оказалось, что для такого оптимизма не было оснований. Вернулось соревнование великих держав, а вместе с ним и сопутствующий ему риск военного конфликта. Статусу Соединенных Штатов, как самой мощной в мире военной державы, все чаще бросают вызов. Россия и Китай вместе с менее сильными противниками, такими как Иран и Северная Корея, оспаривают американские сферы интересов и влияния. Об этом говорится в недавно принятых американских стратегиях в области обороны и безопасности. Территориальные претензии Китая в Южно-Китайском море испортили его отношения с соседними странами и, потенциально, это может втянуть Китай и США в прямой вооруженный конфликт. Захват Крыма Россией в 2014 г. и военная поддержка пророссийских сепаратистов в Восточной Украине привели к напряженности между Россией и западными странами, беспрецедентной по своим масштабам со времен холодной войны.

Тем не менее, традиционная война между крупными державами будет сопряжена с огромными военными, политическими и финансовыми рисками для всех участвующих в ней государств, а также с невообразимыми разрушениями, даже если ядерное оружие и не будет применено. По этой причине вооруженный конфликт между великими державами менее вероятен, чем обостренное соперничество между ними. Это соперничество эволюционирует в сторону состязания, в котором «чем хуже сопернику, тем лучше мне», что похоже на противостояние между странами Запада и советским блоком в самые напряженные годы холодной войны. В этом конфликте не используется прямая военная сила, а сам конфликт проистекает в т.н. «серой зоне» между миром и войной. Для достижения своих целей государства прибегают к информационным кампаниям и кибероперациям, скрытому размещению спецназовцев и ведению войны через т.н. «доверенных лиц», в то же время стараясь не пересекать тот порог, за которым последует полноценный военный ответ. В обстановке возросшей напряженности между наиболее сильными мировыми игроками любая война низкой интенсивности, в которую вовлечена, даже косвенно, одна из этих стран, будет рассматриваться через призму соперничества великих держав. Сюда относятся нынешние вооруженные конфликты в Афганистане, Ливии, Сирии и Украине.

ЧВКСБ: ГЛОБАЛЬНЫЙ КОНТЕКСТ

Участие в военных конфликтах вооруженных «доверенных лиц» (прокси) явление не новое. Есть много исторических примеров, когда крупные державы оказывали поддержку террористам или повстанческим группировкам, действовавшим на территории противника. Использование сил прокси может дать правительству возможность «правдоподобного отрицания» − термин, относящийся к ситуации, когда скрытая операция в отношении противостоящего государства проведена таким образом, что напавшая сторона сможет заявить о своей непричастности с определенной степенью правдоподобности. Примеры из периода холодной войны – советская поддержка террористических группировок левого толка в странах Западной Европы и американская помощь повстанцам, борющимся с просоветскими правительствами в Никарагуа и Афганистане. В XXI веке использование сил прокси значительно возросло, и нынешняя тенденция отдать ведение войны в руки негосударственных субъектов, похоже, будет сохраняться и дальше. Силы прокси могут снизить политические и финансовые затраты и риски, связанные с прямой конфронтацией, особенно в условиях, когда есть опасность расширения масштабов конфликта и, когда военное участие государства в конфликте находит лишь ограниченную общественную поддержку. В Сирии США вступили в партнерские отношения с Сирийскими демократическими силами, которые возглавили военные операции против Исламского государства. Иран создал сеть идеологически преданных негосударственных прокси-сил для образования т.н. оси сопротивления Израилю, Саудовской Аравии и недружественным странам Запада.

В число прокси-сил входят местное военное ополчение, повстанцы, и что наиболее важно в данном контексте, частные военные компании и службы безопасности (ЧВКСБ). ЧВКСБ можно определить как фирму, организованную по корпоративному принципу и официально получившую заказ на предоставление военных услуг и сопутствующих услуг в сфере безопасности. Эти услуги могут сводиться лишь к обучению и функциям поддержки, но могут также включать и участие в боевых действиях. Журналисты и некоторые юристы обычно называют персонал ЧВКСБ наемниками. Однако, соответствующая конвенция ООН определяет наемников как лиц, нанятых сражаться за частные интересы, которые не являются военнослужащими стран-участниц вооруженного конфликта. Хотя юридический статус частных компаний, непосредственно участвующих в боевых действиях, остается двусмысленным, ЧВКСБ не запрещены документами ООН.

До XIX века частный сектор поставлял значительное количество военных в вооруженные силы большинства европейских стран. Однако, в последние два столетия государственная монополия на вооруженные силы рассматривается как показатель национального суверенитета и является принятой нормой в развитых странах. Это претерпело перемены после окончания холодной войны, когда комплекс политических, технологических и общественных событий изменил характер вооруженного конфликта, вооруженные силы государств сократились в размерах, и многие функции логистики и обучения были переданы в частный сектор на контрактной основе. Все крупные державы сегодня задействуют ЧВКСБ, а гражданские подрядчики обеспечивают чрезвычайно важную боевую поддержку и оказывают важные военные услуги государственным вооруженным силам. ЧВКСБ также участвуют в миротворческих операциях ООН и неправительственных организаций.

Базирующаяся в Южной Африке ЧВКСБ Executive Outcomes проводила успешные наступательные военные операции в Африке в 90-х гг. В 2015 г. последователи этой частной компании возглавили операции в Нигерии против террористической группировки Боко Харам. Однако, западные страны не признают ведение прямых боевых действий в качестве юридически правомерных функций ЧВКСБ. ЧВКСБ в Ираке, особенно Blackwater и Triple Canopy, на начальной стадии конфликта участвовали в вооруженных столкновениях с повстанцами, хотя их и не нанимали для выполнения такого рода заданий. Подобные случаи, а также сообщения о нарушениях со стороны частных контракторов привели к ответной реакции против ЧВКСБ и введению регулирующих режимов.

Компания Blackwater, в частности, вызвала серьезные противоречия своим чрезмерным применением оружия летального характера и очевидной бесконтрольностью. Скандальная слава Blackwater заставила США ужесточить существующие ограничения на участие ЧВКСБ в боевых действиях, позволяя его только в случае самообороны и защиты клиента от незаконного нападения. Документ Монтрё, принятый в 2008 г., устанавливает международные нормативные рамки функционирования ЧВКСБ, носящие необязательный характер. Он делает упор на оборонительной роли этих компаний и на их обязательствах в соответствии с международным гуманитарным правом. Большинство крупных стран подписали это соглашение, что в значительной степени определило правила использования ЧВКСБ западными странами. Документ Монтрё также приветствовали компании, легально предоставляющие услуги военного характера, стремящиеся защитить свою репутацию. Основные ЧВКСБ тоже установили кодекс поведения, а их заказчики стали контролировать этические и юридические аспекты их деятельности.

Китай был в числе первых стран, подписавших Документ Монтрё, и его подход к ЧВКСБ в целом схож с подходом западных стран. Хотя Китай использует отряды морского вооруженного ополчения, контролируемые военными, для поддержания своих территориальных претензий в Южно-Китайском море, ЧВКСБ для этой функции он не использует. Есть целый ряд национальных и иностранных частных служб безопасности, обеспечивающих защиту китайских граждан и имущества за границей, но у Китая нет частных компаний подобных Blackwater или российской ЧВК Вагнера.

РОССИЙСКИЕ ЧВКСБ

Россия не соблюдает международный нормативный режим ЧВКСБ и, в отличие от других стран, сознательно задействует ЧВКСБ в боевых наступательных операциях, а также для оказания услуг поддержки. Многое в отношениях между российскими ЧВКСБ и государственными органами остается неясным. Российские журналисты, расследовавшие деятельность ЧВК Вагнера, были убиты при загадочных обстоятельствах. Однако, выполняя задания бок о бок с российской армией, спецназом и местным военным ополчением, ЧВКСБ хорошо вписываются в то, что российские аналитики называют войной «нового поколения» или «нового типа». Что касается состязания великих держав, то российские ЧВКСБ действуют как преумножители силы российской армии, они дают правительству возможность «правдоподобного отрицания» во время операций в «серых зонах» и обеспечивают средства, путем которых Россия может попробовать восстановить свое влияние в регионах, где у нее есть стратегические или экономические интересы.

Компании, предоставляющие услуги военного характера, в соответствии с российской конституцией и Уголовным кодексом, считаются незаконными, однако, данные предприятия зарегистрированы за рубежом, позволяя государству дистанцироваться от их деятельности. Кремль, например, отрицает, что российские «добровольцы» в Украине и в Сирии подчиняются государству или его вооруженным силам. Тем не менее, российский президент Владимир Путин в интервью в 2012 г. признал, что ЧВКСБ были «способом реализации национальных интересов без прямого участия государства». Так же, как и их западные коллеги, российские ЧВКСБ обходятся государству гораздо дешевле, чем обычные военнослужащие-контрактники. Использование ЧВКСБ в боевых действиях также снижает потери среди официальных военнослужащих, а гибель боевиков, которых в народе считают незаконными наемниками, не вызывает озабоченности в обществе. Воспоминания о негативной общественной реакции на потери среди призывников во время войн в Афганистане и в Чечне, конечно же, является серьезным фактором при определении готовности государства задействовать ЧВКСБ в зонах боевых действий.

 ЧВК Вагнера ни в коем случае не единственная ЧВКСБ России, хотя на сегодняшний день она известна больше других. Управление исследования зарубежных армий Сухопутных сил США в г. Форт Ливенворт в штате Канзас оценивает общее количество персонала всех российских ЧВКСБ в 700 тыс. человек. Боевики принадлежат к трем четко определенным типам негосударственных нерегулярных сил, хотя различия между этими категориями часто довольно размыты. Во-первых, есть ЧВКСБ, обеспечивающие безопасность людей и инфраструктуры, а также поддержку в области логистики и обучения. В этих своих функциях они схожи с ЧВКСБ стран Запада. Это стремящиеся к материальной выгоде компании, которые, в отличие от их коллег, участвующих в боевых операциях, действуют абсолютно легально с 1992 г. в соответствии с официальным российским законодательством. В качестве примеров можно привести Российскую службу безопасности (РСБ) и «Моран Секьюрити Груп». Эти компании предоставляют услуги российским и зарубежным заказчикам, включая ООН. И хотя РСБ, в частности, заявляет о том, что она не принимает участия в вооруженных конфликтах, ее основатель Олег Криницин хвастается, что его группа может поставлять очень хорошо подготовленных бойцов. Отдельные элементы «Морган Секьюрити» также основали компанию по предоставлению непосредственно военных услуг, злополучный «Славянский корпус», чтобы с выгодой для себя использовать те возможности, которые предоставила война в Сирии.

Вторая категория – это народное ополчение из числа добровольцев. Исторически они всегда отвечали за безопасность и выполняли военные и гражданские административные функции от имени государства. Наиболее заметны среди них группы казаков. Масштаб их деятельности возрос с тех пор, как к власти пришел Путин, и сейчас они используются в качестве неформальных помощников государства при разгоне уличных протестов против его правления. Самая крупная группа казаков, Всевеликое войско Донское, участвовала в боевых действиях, вместе с российскими войсками или независимо, в Чечне, в Грузии и на Украине. Казачьи организации формируют современную идеологическую антипатию российского правительства по отношению к Западу и могут, таким образом, использоваться вместе с другими прокси-силами и организованными преступными группировками для дестабилизации прозападных стран на периферии НАТО. Вооруженные отряды казаков, например, играют центральную роль в полувоенных формированиях в Калининграде, готовых как к оборонительным, так и наступательным операциям в самом анклаве и вокруг него. В 2019 г. в России насчитывалось примерно 200 тыс. казаков, официально зарегистрированных правительством. Казаки обеспечивают значительный резерв людских ресурсов, хотя в целом у них нет такой военной подготовки как у ЧВКСБ, которые набирают бойцов из бывших военных и проходят обучение с использованием тяжелого оружия.

Третья категория компаний предоставляет те же услуги, что и ЧВК Вагнера. Эти ЧВКСБ являются основными негосударственными действующими лицами в российской войне нового типа. Хотя официально они считаются частными, эти компании часто действуют как прокси-силы государства совместно с вооруженными силами России, прямо или косвенно. ЧВКСБ также используются для защиты бизнес-интересов их владельцев, в то время как угроза потенциального уголовного преследования гарантирует, что деятельность этих компаний, приносящая им доход, не противоречит российским государственным интересам и приоритетам. Считается, что владелец ЧВК Вагнера Евгений Пригожин получил 25% прибыли от нефтяных скважин, которые вагнеровцы отбили у боевиков ИГИЛ в Сирии. И наоборот, руководители «Славянского корпуса», одного из первых ЧВКСБ, были осуждены за наемническую деятельность после того, как «перешли дорогу» Федеральной службе безопасности.

Батальон «Восток» был первым российским современным ЧВКСБ, участвующим в боевых действиях. «Восток» был сформирован во время второй чеченской войны, где он отличился террором в отношении гражданского населения. Несмотря на совершение преступных действий в ходе войны, деятельность компании была четко санкционирована государством, поскольку она тесно сотрудничала с Главным разведывательным управлением (ГРУ). «Восток» также воевал вместе с российскими силами в Южной Осетии во время вторжения в Грузию в 2008 г. и играл значительную оперативную роль в Восточной Украине. Сообщалось, что в функции батальона входили принудительные действия в отношении местных сепаратистов, которые угрожали стать слишком уж независимыми от российского контроля.

ЧАСТНАЯ ВОЕННАЯ КОМПАНИЯ ВАГНЕРА: ВЕДУЩАЯ РОССИЙСКАЯ ЧВКСБ

ЧВК Вагнера также имела тесные связи с ГРУ, и на Украине возглавлялась Дмитрием Уткиным, отставным старшим офицером спецназа (российских сил специального назначения). Несмотря на то, что эта организация «незаконна», ее тренировочные базы находятся на российской территории, и ее руководители получают государственные награды за отвагу. ЧВК Вагнера впервые стала заметной, действуя совместно с закамуфлированным спецназом в Крыму. ЧВК Вагнера также воевала в восточной части Украины, в том числе она участвовала в крупном сражении под Дебальцево в 2015 г. Так же, как и батальон «Восток», вагнеровцы обеспечивали кремлевский контроль за местными ополченцами. ЧВК Вагнера направила 2 тыс. бойцов в Сирию, организовав их в четыре бригады со структурой и командованием такими же, как и в российской армии. Эта группировка использовалась в непосредственных боевых действиях вместо российских регулярных войск, в том числе в битве за Пальмиру в марте 2016 г. Однако, после 2016 г. Министерство обороны России прекратило прямые контакты с ЧВК Вагнера. Взамен эта частная военная компания стала контрактором сирийского правительства с задачей отбить у боевиков Исламского государства захваченные объекты нефтегазовой промышленности. Как следствие этого, к сирийским властям перешли вопросы оплаты, а также логистической и тактической поддержки.

ЧВК Вагнера получила печальную мировую славу в феврале 2018 г., когда вместе с сирийскими ополченцами она организовала крупное наступление против военной базы в г. Деир эль-Зур, которую контролировали курды, поддерживаемые США. Ответный авиаудар США привел к гибели сотен вагнеровцев. Перед, во время и после американского авиаудара российское высшее командование отрицало наличие там вагнеровцев и заявляло, что не несет за них никакой ответственности. Кремль, однако, знал об этом нападении, и раненные вагнеровцы были эвакуированы российским военным самолетом в российские военные госпитали. Битва за Деир эль-Зур демонстрирует сложную природу отношений российского государства с ЧВКСБ; Марк Галеотти и другие аналитики называют российское государство при патримониальном правлении Путина «гибридным государством», где взаимодействуют компоненты государственного и частного сектора, военных и гражданских организаций, а также законной и незаконной деятельности. Все еще остается много догадок относительно того, почему бойцам ЧВК Вагнера было разрешено начать наступление на сирийскую базу. Некоторые предполагают, что безразличие официальных органов к судьбе бойцов было результатом противостояния между Министерством обороны России и владельцем этой частной военной компании Пригожиным, близким к Путину известным олигархом и бывшим уголовником. Он создал ряд компаний, в том числе ЧВК Вагнера, которые, как и другие бизнесы, которыми владеют российские олигархи, получают прибыли и служат интересам государства, когда потребуется.

ЧВК Вагнера с 2018 г. расширила свою сферу деятельности и все больше воспринимается как что-то вроде «зонтичной» организации. Работая с российскими военными советниками и инструкторами ЧВК Вагнера и ее дочерние компании предоставляют услуги в сфере военных операций, безопасности и обучения в Бурунди, Центрально-Африканской Республике (ЦАР), Ливии, Судане и ряде других стран. Российские ЧВКСБ менее дорогие и менее разборчивые в вопросах нарушения прав человека, чем их американские или британские коллеги. Вагнеровцев, например, связывают с пытками заключенных в Сирии. Действия России сочетают стратегические и коммерческие интересы. Ливия, Мозамбик и Венесуэла богаты природными ресурсами, которые российские олигархи хотят разрабатывать. Проводимые ЧВКСБ операции также дают России политическое влияние в странах-заказчиках и подрывают в них интересы западных стран, защищая авторитарные и репрессивные режимы в таких странах как ЦАР, Никарагуа и Венесуэла.

Частные контракторы также привлекаются к «патриотическому» воспитанию и информационным войнам, включая операции, направленные против стран Запада. Например, «Корпус ЕНОТ» организует военное обучение в молодежных лагерях в России и в других странах постсоветского пространства, включая организацию молодежного лагеря в Сербии в 2018 г. Считается, что эта компания действует в качестве вербовщика для ЧВК Вагнера и, возможно, участвовала в подготовке экстремистов правого толка в западных странах. Пригожин также финансирует «фабрику троллей» в Санкт-Петербурге, известную как Агентство интернет-исследований, которая печально прославилась тем, что в отношении нее были выдвинуты подозрения во вмешательстве в президентские выборы в США в 2016 г. ЧВК Вагнера и ее дочерние компании проводили кампании дезинформации в Африке через местные СМИ в пользу правительств-заказчиков. Со времени кибератаки типа «отказ в обслуживании» против Эстонии в 2007 г., российские частные кибер-бойцы, включая членов крупных ЧВКСБ, развернули непрекращающуюся информационную войну против целей в западных странах в качестве «доверенных лиц» российских разведслужб.

Большинство российских частных контракторов имеют репутацию мотивированных и волевых бойцов даже при превосходящих силах противника, как это было в Деир эль-Зур. Несмотря на относительно высокий уровень потерь, у российских ЧВКСБ нет недостатка желающих вступить в их ряды, особенно при нынешней экономической ситуации в России. Однако, ЧВКСБ далеко не так эффективны, как российские регулярные силы. До сегодняшнего момента они достигли боевых успехов, сражаясь против ослабленных украинских войск или с технологически плохо развитым противником, таким как ополченцы, выступающие против Асада. В Сирии и в Ливии вагнеровцы понесли значительные потери и были вынуждены отступать, когда они начинали вести наступательные операции против противников, имеющих современную боевую подготовку. В мае 2020 г. в Ливии была размещена российская авиатехника для обеспечения близкой воздушной поддержки ливийской Национальной армии и вагнеровцев, которые потерпели ряд поражений в боях с войсками Правительства национального согласия, поддерживаемого Турцией. Российские чиновники продолжают отрицать присутствие там частных контракторов, пытаясь выжать все, что можно из «правдоподобного отрицания», несмотря на неопровержимые доказательства обратного, предоставленные Африканским командованием США. Бойцы ЧВК Вагнера, размещенные в Мозамбике в 2019 г., были плохо подготовлены к условиям местности и к тактической обстановке в Кабо Делгадо и по этой причине не участвовали в операциях против повстанцев, примкнувшим к Исламскому государству. Эта неудача заставляет предположить, что российские ЧВКСБ могут быть втянуты в противоповстанческие операции в Африке, для ведения которых у них нет необходимого опыта и профессионализма.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Как было отмечено, Россия ведет гибридное состязание в «серой зоне» с США и их союзниками посредством психологических и информационных войн, политической подрывной деятельности, шпионажа и прокси-сил. В советские времена действия современной России назвали бы применением «активных мер» для XXI века. В отличие от Китая, США или Европейского союза, у России нет убедительных экономических рычагов или ресурсов «мягкой силы», с помощью которых можно было бы оказывать влияние на страны-заказчики. Кроме тех случаев, когда она использует «жесткую силу», военные средства и стратегические активы, Россия действует с позиции относительной слабости. И тем не менее, Россия довольно эффективно использует эти средства для распространения своей силы и влияния путем оказания военной помощи, включая непосредственное участие в боевых действиях, продажи оружия и задействования средств информационной войны. Она также использует в своих интересах нынешнее нежелание США – после тяжелых военных кампаний в Ираке и Афганистане – вмешиваться в ситуацию в нестабильных государствах или противостоять странам-изгоям или жестоким правителям.

Хотя у «правдоподобного отрицания» есть свои пределы, российские ЧВКСБ и другие «доверенные лица» предлагают государству средства демонстрировать свою силу с относительно низким риском для дипломатической и военной репутации этого государства. Несмотря на расширение знаний относительно российских хитростей и уловок, недостаток неопровержимых доказательств вмешательства российского государства может запутать и усложнить процесс принятия решений странами-членами НАТО и ЕС в кризисной ситуации, как это было в случае с Украиной в 2014 г. Так же как и государства Запада, Россия использует ЧВКСБ для того, чтобы снизить людские и финансовые потери, связанные с военной интервенцией. Однако, в отличие от Запада, руководители российского государства используют военные компании с официально частным статусом для решения задач, в которых переплетаются стратегические соображения и интересы бизнеса.

Западные политики и эксперты в области обороны и безопасности еще должны будут уделить пристальное внимание гибридным угрозам, исходящим от российских ЧВКСБ как инструмента российской внешней политики и политики в сфере безопасности. В 2017 г. Министерство финансов США ввело санкции против ЧВК Вагнера и против Пригожина, но в целом в НАТО наблюдается нежелание напрямую связывать российское государство с деятельностью ЧВКСБ. Однако, как отметил эксперт по вопросам ЧВКСБ Кристофер Спиарин в 2018 г., осуждение российского государства за использование наемников, в отличие от правил, которых придерживаются западные ЧВКСБ – и жесткая позиция относительно того, что государства не могут отрицать военные действия частных компаний, совершаемые от их имени – стало бы, как минимум, хорошим началом.